Современное развитие общественных отношений в области обеспечения национальной безопасности требует определенной систематизации, выделения основных направлений совершенствования их правового регулирования с тем, чтобы обеспечить наиболее эффективную правотворческую деятельность в условиях продолжения в стране политических реформ. В России научной разработке данных вопросов в последнее время посвящены работы целого ряда ученых: Н.П. Патрушева [1], А.С. Прудникова, И.Н. Глебова, М.Д. Черненко, В.Н. Амельчаковой, Д.О. Ежевского, М.П. Тетерина, А.С. Чупанова [2], А.А. Опалева, Ю.И. Авдеева, С.В. Аленкина, В.В. Алешина, Л.Н. Башкатова, Б.В. Ганюшкина, А.Ю. Демидова, В.Я. Насонова, М.Б. Рожкова, Ю.С. Ромашева, В.В. Свинарева, А.И. Цветкова [3], В.Г. Вишнякова, Л.В. Андриченко, С.А. Боголюбова, Л.И. Васильевой, А.Л. Гравиной, Н.М. Казанцева, Т.В. Конюхова, Е.Л. Мининой, Е.Н. Трикоз, А.Н. Черткова [4] и целого ряда других ученых. Однако в данных работах развитие процессов в области обеспечения национальной безопасности рассматривается, как правило, без должного исследования опыта правового регулирования в государствах-участниках СНГ, что, по мнению автора, требует своего восполнения.

 Современное развитие законодательств России и иных государств-участников СНГ в области обеспечении национальной безопасности позволяет выделить ряд приоритетных направлений его развития и совершенствования.

Во-первых, в российской периодической печати в качестве одного из направлений развития системы обеспечения национальной безопасности России и соответствующего совершенствования правового регулирования в данной области называется возможное слияние органов федеральной службы безопасности, органов внешней разведки и органов государственной охраны и образование в результате этого единого федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в области безопасности Российской Федерации. Отмечается, что реформирование российских спецслужб в начале 1990-х годов привело фактически к развалу их деятельности, и единственной эффективной действующей спецслужбой стало Главное разведывательное управление Генштаба, которого реформирование не коснулось [5]. Предполагаемая реорганизация должна повысить эффективность обеспечения национальной безопасности, так как работа «разведки и контрразведки станет более скоординированной». Актуальность правовой разработки данного вопроса вызвана тем, что органы безопасности являются составной частью механизма Российского государства и входят в систему исполнительной власти, обладают не только специальными, но и исполнительно-распорядительными полномочиями.

 Можно по-разному оценивать реорганизации органов безопасности в 90-е годы 20 века [6], однако нельзя не заметить, что определенные шаги в направлении объединения органов безопасности уже были сделаны в рамках проводящейся административной реформы. Речь идет об Указе Президента РФ от 11 марта 2003 г. N 308 "О мерах по совершенствованию государственного управления в области безопасности Российской Федерации" [7], в соответствии с которым были упразднены ФПС России и ФАПСИ при Президенте РФ с передачей их функций ФСБ России, СВР России и ФСО России.

Для объединения органов национальной безопасности создана и соответствующая правовая база. Так, в результате объединения может возникнуть новый федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в области безопасности Российской Федерации, например, в форме федерального министерства, осуществляющего в соответствии с Указом Президента РФ от 9 марта 2004 г. N 314 "О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти" [8] функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в установленной актами Президента РФ и Правительства РФ сфере деятельности, то есть в сфере обеспечения безопасности Российской Федерации. А существовавшие ранее ФСБ России, СВР России и ФСО России смогут продолжить свое существование даже без изменения названий, будучи, подведомственны созданному федеральному министерству, оставаясь федеральными органами исполнительной власти, осуществляющими функции по контролю и надзору в установленной сфере деятельности, а также специальные функции в области государственной безопасности, защиты и охраны государственной границы РФ, борьбы с преступностью, общественной безопасности. Это также будет вполне соответствовать положениям Указа Президента РФ от 20 мая 2004 г. N 649 "Вопросы структуры федеральных органов исполнительной власти" [9], хотя, по мнению автора, система и структура исполнительной власти после президентских выборов в России в марте 2008 года вполне могут измениться в духе новых политических веяний и новых представлений об их содержании. Для объединения органов национальной безопасности России необходимо политическое решение руководства страны, в случае принятия которого произойдет определенное изменение всей нормативной правовой основы деятельности органов национальной безопасности страны.

Зарубежный опыт в данном вопросе неоднозначен и противоречив, и опираться на него нужно очень осторожно. В ряде государств-участников СНГ, в отличие от России, пограничные органы и органы специальной (правительственной) связи существуют в качестве самостоятельных государственных органов исполнительной власти. При этом руководство этих стран приняло решение о разделении органов безопасности не сразу после распада СССР, а совсем недавно, в результате происшедших политических событий. Так, например, совершенствование управления в области обеспечения национальной безопасности Украины после так называемой «оранжевой революции» связно с созданием самостоятельных служб, не входящих в состав Службы безопасности Украины: Службы внешней разведки Украины [10], Государственной службы специальной связи и защиты информации Украины [11]. Это позволяет говорить о такой тенденции в области организации обеспечения национальной безопасности государств-участников СНГ, как о функциональной специализации органов в области обеспечения национальной безопасности по основным направлениям (или видам) деятельности (внешняя разведка, специальная связь и т.д.).

По мнению автора, вопрос о возможной реорганизации органов национальной безопасности требует очень тщательной правовой проработки, заблаговременного четкого определения всех элементов правового положения вновь создаваемого органа (-ов) национальной безопасности: предназначения, места в системе федеральных органов исполнительной власти, структуры, задач и функций, принципов деятельности, полномочий, координации и взаимодействия, контроля и надзора за деятельностью, ответственности органа и его должностных лиц, правового режима государственной службы. Общество должно быть информировано и готово к данным преобразованиям, а не узнавать о них как уже о свершившемся факте [12].

Во-вторых, продолжается совершенствование правового регулирования традиционных направлений деятельности органов национальной безопасности, в частности, контрразведывательной, разведывательной деятельности, защиты государственной тайны.

Об этом можно судить, например, по изменениям, которые были недавно внесены в Федеральный закон от 3 апреля 1995 г. N 40-ФЗ "О федеральной службе безопасности" [13]. Так, статья 9 Федерального закона «О федеральной службе безопасности» определяет, что контрразведывательная деятельность – это деятельность, осуществляемая органами федеральной службы безопасности и (или) их подразделениями, а также должностными лицами указанных органов и подразделений посредством проведения контрразведывательных мероприятий в целях выявления, предупреждения, пресечения разведывательной и иной деятельности специальных служб и организаций иностранных государств, а также отдельных лиц, направленной на нанесение ущерба безопасности Российской Федерации.

Были уточнены основания для проведения органами контрразведки контрразведывательных мероприятий, какими в настоящее время являются: а) наличие данных о признаках разведывательной и иной деятельности специальных служб и организаций иностранных государств, а также отдельных лиц, направленной на нанесение ущерба безопасности РФ; б) необходимость получения сведений о событиях или действиях, создающих угрозу безопасности РФ; в) необходимость обеспечения защиты сведений, составляющих государственную тайну; г) необходимость изучения (проверки) лиц, оказывающих или оказывавших содействие органам федеральной службы безопасности на конфиденциальной основе; д) необходимость обеспечения собственной безопасности; е) запросы специальных служб, правоохранительных органов и иных организаций иностранных государств, международных организаций в соответствии с международными договорами РФ.

Установлено, что в процессе контрразведывательной деятельности проводятся гласные и негласные мероприятия, особый характер которых определяется условиями этой деятельности. Проведение контрразведывательных мероприятий, ограничивающих права граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, допускается только на основании постановления судьи и в порядке, предусмотренном законодательством РФ. Проведение контрразведывательных мероприятий, ограничивающих право граждан на неприкосновенность жилища, допускается только в случаях, установленных федеральным законом, или на основании постановления судьи. Результаты контрразведывательных мероприятий могут быть использованы в уголовном судопроизводстве в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством для использования результатов оперативно-розыскной деятельности.

При необходимости проведения контрразведывательных мероприятий, ограничивающих указанные в настоящей статье конституционные права граждан, руководитель органа контрразведки или его заместитель возбуждает перед судом соответствующее ходатайство. Рассмотрение ходатайства о проведении контрразведывательных мероприятий, ограничивающих указанные в настоящей статье конституционные права граждан, должно осуществляться судьей единолично и незамедлительно по месту проведения таких мероприятий или по месту нахождения органа, ходатайствующего об их проведении. Срок действия вынесенного судьей постановления исчисляется в сутках со дня его вынесения и не может превышать 180 суток, если судьей не принято иное решение. При этом течение срока не прерывается. При необходимости продления срока действия постановления судья выносит решение на основании вновь представленных материалов.

В неотложных случаях, когда промедление может привести к совершению тяжкого или особо тяжкого преступления либо когда имеются данные об угрозе государственной, военной, экономической или экологической безопасности РФ, на основании мотивированного постановления руководителя органа контрразведки или его заместителя при проведении контрразведывательных мероприятий допускается ограничение указанных в настоящей статье конституционных прав граждан без предварительного судебного постановления с обязательным уведомлением судьи в течение 24 часов с момента ограничения конституционных прав граждан. Орган контрразведки в течение 48 часов с момента ограничения конституционных прав граждан обязан получить постановление судьи о таком ограничении либо отменить указанное ограничение.

В государствах-участниках СНГ также идет совершенствование законодательства о контрразведывательной и разведывательной деятельности, о чем свидетельствуют принятые законодательные акты: Закон Азербайджанской Республики от 29 июня 2004 года № 711-IIГ «О разведывательной и контрразведывательной деятельности» [14]; Закон Украины от 22 марта 2001 года № 2331-111 "О разведывательных органах Украины" [15]; Закон Республики Таджикистан от 2 декабря 2002 года № 78 «О военной разведке Вооруженных сил Республики Таджикистан», и ряд других [16].

Это свидетельствует о том, что высшее руководство государств-участников СНГ придает большое значение укреплению традиционных направлений деятельности органов национальной безопасности.

В-третьих, совершенствуется правовое регулирование противодействия террористической деятельности.

В Российской Федерации основные принципы противодействия терроризму, правовые и организационные основы профилактики терроризма и борьбы с ним, минимизации и (или) ликвидации последствий проявлений терроризма, а также правовые и организационные основы применения Вооруженных Сил Российской Федерации в борьбе с терроризмом устанавливает Федеральный закон от 6 марта 2006 г. N 35-ФЗ "О противодействии терроризму" [17]. В соответствии со статьей 3 названного Федерального закона под терроризмом понимается идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных насильственных действий. Террористическая деятельность включает в себя: а) организацию, планирование, подготовку, финансирование и реализацию террористического акта; б) подстрекательство к террористическому акту; в) организацию незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), организованной группы для реализации террористического акта, а равно участие в такой структуре; г) вербовку, вооружение, обучение и использование террористов; д) информационное или иное пособничество в планировании, подготовке или реализации террористического акта; е) пропаганду идей терроризма, распространение материалов или информации, призывающих к осуществлению террористической деятельности либо обосновывающих или оправдывающих необходимость осуществления такой деятельности. Противодействие терроризму - это деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления по: а) предупреждению терроризма, в том числе по выявлению и последующему устранению причин и условий, способствующих совершению террористических актов (профилактика терроризма); б) выявлению, предупреждению, пресечению, раскрытию и расследованию террористического акта (борьба с терроризмом); в) минимизации и (или) ликвидации последствий проявлений терроризма;

Соответствующие законы приняты и в государствах-участниках СНГ. В частности, к ним относятся: Закон Азербайджанской Республики от 18 июня 1999 года № 687-IГ «О борьбе с терроризмом» (в ред. Законов АР от 5 октября 2001 г., 17 мая 2002 г., 5 марта 2004 г., 1 сентября 2005 г. № 977-IIГД); Закон Республики Казахстан от 13 июля 1999 года N 416-1 «О борьбе с терроризмом» (в ред. Законов Республики Казахстан от 19 февраля 2002 г. N 295-II; 20 декабря 2004 г. N 13-III ЗРК); Закон Республики Таджикистан от 16 ноября 1999 года № 845 «О борьбе с терроризмом» (в ред. Законов РТ от 01.03.2005 г. № 77, 12.05.2007 г. № 246); Закон Республики Узбекистан от 15 декабря 2000 года N 167-II «О борьбе с терроризмом» (в ред. Закона Республики Узбекистан от 30 апреля 2004 г. N 621-II); Закон Республики Молдова от 12 октября 2001 года № 539-XV «О борьбе с терроризмом» (в ред. Законов РМ N 1120-XV от 13.06.2002 г., N 206-XV от 29.05.2003 г.); Закон Республики Беларусь от 3 января 2002 года № 77-З «О борьбе с терроризмом» (в ред. Законов Республики Беларусь от 15 декабря 2005 г. № 71-З, 9 января 2006 г. № 97-З); Закон Украины от 20 марта 2003 года N 638-IV «О борьбе с терроризмом» (в ред. Законов Украины N 2600-IV от 31.05.2005 г., N 3200-IV от 15.12.2005 г.); Закон Туркменистана от 15 августа 2003 года № 190-II «О борьбе с терроризмом», и ряд других [18].

Определения терроризма, предлагаемые в Федеральном законе и законах государств-участников СНГ, имеют как общие, так и различные положения. Так, в соответствии с Законом Туркменистана «О борьбе с терроризмом» "терроризм" - политика и тактика действий, имеющих целью захват власти и насильственное изменение конституционного строя страны, нарушение общественной безопасности, устрашение населения, создание обстановки хаоса или оказание воздействия на принятие органами власти решений, выгодных террористам, или удовлетворение их неправомерных имущественных и (или) иных интересов. В соответствии с Законом Республики Казахстан «О борьбе с терроризмом» терроризм - противоправное уголовно наказуемое деяние или угроза его совершения в отношении физических лиц или организаций в целях подрыва общественной безопасности, устрашения населения, оказания воздействия на принятие государственными органами РК, иностранными государствами и международными организациями решений либо с целью прекращения деятельности государственных либо общественных деятелей, или из мести за такую деятельность.

В соответствии с Законом Азербайджана «О борьбе с терроризмом» терроризм - это совершение взрывов, пожаров или других действий, представляющих угрозу жизни людей, нанесения ущерба их здоровью, причинения значительного имущественного ущерба или возникновения других общественно опасных последствий, с целью нарушения общественной безопасности, сеяния паники среди населения или оказания воздействия на принятие решения органами государственной власти или международными организациями, а также угроза совершения подобных действий с этой же целью.

Сравнительный анализ данных определений, а также иных положений национальных законодательств государств-участников СНГ, может помочь в возможном уточнении понятия «терроризм» в российском законодательстве.

В-четвертых, осуществляется совершенствование правового регулирования противодействия коррупции.

В данной связи сразу следует отметить два обстоятельства. Во-первых, в ряде государств-участников СНГ создана многоуровневая нормативная основа противодействия коррупции, чего не скажешь о России, где до сих пор не принят базовый федеральный закон «О борьбе с коррупцией», несмотря на достаточно хорошую научную проработку данной проблемы [19]. Во-вторых, наличие специальных законодательных и иных нормативных правовых актов, направленных на борьбу с коррупцией, не гарантирует государство и общество от массовых проявлений данного явления. Здесь много зависит от политической воли руководства страны: замалчивать данное явление, делать разовые показательные «рейды», или вести с коррупцией постоянную, открытую и непримиримую борьбу.

О многоуровневости нормативной основы борьбы с коррупцией наглядно говорит пример Украины, в которой приняты и действуют следующие акты: Концепция преодоления коррупции в Украине [20]; Закон Украины от 5 октября 1995 года № 356/95-ВР "О борьбе с коррупцией" [21], и ряд других.

В Концепции преодоления коррупции в Украине указывается, что коррупция является угрозой демократии, реализации принципа верховенства закона, социального прогресса, национальной безопасности, становлению гражданского общества. Называются характерные черты коррупции в Украине, такие, например, как; зависимость уровня и форм коррупции от общего состояния формирования демократических институтов; бессистемное, зачастую научно необоснованное реформирование основных институтов (административные процедуры, налоговая система, регулирующая деятельность государства, решение социальных проблем и т.д.); приобретение коррупцией признаков системного явления; неэффективность политических инициатив в сфере борьбы с коррупцией; поражение коррупцией органов государственной власти и местного самоуправления; слабость институтов гражданского общества. Далее в Концепции рассматриваются коррупционные угрозы в различных сферах и определяются пути их преодоления.

Рассмотрим ряд положений Закона Украины "О борьбе с коррупцией». Под коррупцией в данном Законе понимается деятельность лиц, уполномоченных на исполнение функций государства, направленная на противоправное использование предоставленных им полномочий для получения материальных благ, услуг, льгот или иных преимуществ. Коррупционными деяниями являются: незаконное получение лицом, уполномоченным на исполнение функций государства, в связи с исполнением таких функций материальных благ, услуг, льгот, преимуществ, в том числе принятие либо получение предметов (услуг) путем их приобретения по цене (тарифу), которая существенно ниже их фактической (действительной) стоимости; получение лицом, уполномоченным на исполнение функций государства, кредитов или ссуд, приобретение ценных бумаг, недвижимости либо иного имущества с использованием при этом льгот или преимуществ, не предусмотренных действующим законодательством. Подарок (вознаграждение), полученный указанными лицами при вышеназванных обстоятельствах, в том числе поступивший без их ведома, а также стоимость незаконно полученных услуг подлежат взысканию (возмещению) в доход государства.

В феврале 2006 года в статью 2 закона Украины «О борьбе с коррупцией» были внесены изменения, конкретизировавшие перечень субъектов коррупционных деяний и иных правонарушений, связанных с коррупцией [22]. Теперь за коррупционные деяния и иные правонарушения, связанные с коррупцией, на основе данного закона ответственность несут следующие лица, уполномоченные на исполнение функций государства: а) государственные служащие; б) Премьер-министр Украины, Первый вице-премьер-министр, вице-премьер-министры. министры; в) народные депутаты Украины, депутаты Верховной Рады автономной Республики Крым, депутаты иных советов; г) должностные лица местного самоуправления; д) воинские должностные лица Вооруженных Сил Украины и иных воинских формирований (за исключением военнослужащих срочной службы).

Вышеперечисленные субъекты за совершение коррупционных деяний и иных правонарушений, связанных с коррупцией, несут административную и дисциплинарную ответственность на основании положений Закона Украины "О борьбе с коррупцией". Вопросы об уголовной, гражданско-правовой и материальной ответственности за коррупционные деяния и правонарушения, связанные с коррупцией, решаются в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Военнослужащие и другие лица, которые согласно действующему законодательству привлекаются к ответственности за административные правонарушения в соответствии с дисциплинарными уставами, в случае совершения коррупционных действий и иных правонарушений, связанных с коррупцией, несут ответственность, предусмотренную Законом Украины "О борьбе с коррупцией".

Для предупреждения коррупции названный закон предусматривает специальные ограничения в отношении государственных служащих и других лиц, уполномоченных на исполнение функций государства, а также меры финансового контроля.

В соответствии со статьей 7 Закона Украины "О борьбе с коррупцией" совершение лицом, уполномоченным на исполнение функций государства, какого-либо из указанных в настоящем Законе коррупционных деяний, если оно не содержит состава преступления, влечет административную ответственность в виде штрафа от двадцати до пятидесяти не облагаемых налогом минимумов дохода граждан и увольнение с должности или иное отстранение от исполнения функций государства [23]. Таким лицам запрещается занимать должности в государственных органах и их аппарате в течение трех лет со дня их увольнения.

Законом Украины "О борьбе с коррупцией" предусматривается ответственность за нарушение специальных ограничений, установленных для лиц, уполномоченных для исполнения функций государства. Так, в соответствии со статьей 8 Закона нарушение лицом, уполномоченным на исполнение функций государства, какого-либо из указанных в статье 5 настоящего Закона ограничений, если оно не содержит состава преступления, влечет административное взыскание в виде штрафа от пятнадцати до двадцати пяти не облагаемых налогом минимумов доходов граждан. Повторное в течение года нарушение какого-либо из указанных в статье 5 Закона ограничений влечет административную ответственность в виде штрафа от двадцати пяти до пятидесяти не облагаемых налогом минимумов доходов граждан и увольнение с должности либо иное отстранение от исполнения функций государства.

Закон устанавливает ответственность за умышленное неисполнение своих обязанностей по борьбе с коррупцией (статья 11). Умышленное несоставление или несвоевременное составление протокола о совершении коррупционного деяния либо иного правонарушения, связанного с коррупцией, при наличии для этого оснований, или умышленное непредставление в суд протокола о совершении коррупционного деяния либо иного правонарушения, связанного с коррупцией лицом, на которое возложены эти обязанности, влечет административную ответственность в виде штрафа от пятидесяти до ста не облагаемых налогом минимумов доходов граждан и увольнение с должности либо иное отстранение от исполнения функций государства.

Закон "О борьбе с коррупцией" устанавливает основания и порядок административного производства по делам о коррупционных деяниях или иных правонарушениях, связанных с коррупцией (статья 12). Так, протокол о совершении коррупционного деяния или иного правонарушения, связанного с коррупцией, составляются уполномоченными на то органами в случае, когда факт совершения коррупционного деяния или иного правонарушения, связанного с коррупцией, которое не содержит состава преступления, установлен прокурорской проверкой или предварительным следствием, - также следователем или прокурором. Основанием для составления протокола являются достаточные данные, свидетельствующие о наличии в деянии лица признаков коррупционного деяния или иного правонарушения, связанного с коррупцией.

Протокол о совершении коррупционного деяния или иного правонарушения, связанного с коррупцией, вместе с материалами проверки в трехдневный срок с момента его составления направляется в районный (городской) суд по местонахождению органа, составившего об этом протокол. Рассмотрение административных дел о коррупционных деяниях или иных правонарушениях, связанных с коррупцией, осуществляется районным (городским) судом в пятидневный срок с момента поступления протокола.

Несмотря на сложность политической ситуации в Украине, работа над антикоррупционным законодательством продолжается. В настоящее время в Украине разрабатывается проекты законов Украины об ответственности юридических лиц за совершение коррупционных правонарушений [24]; о предупреждении и противодействии коррупции [25].

В национальных законодательствах государств-участников СНГ вопросам правового регулирования противодействия коррупции также уделяется достаточно большое значение. Можно констатировать, что уровень правовой урегулированности данной проблемы в некоторых государствах заметно выше, чем в Российской Федерации. Об этом свидетельствуют, в частности, принятые специализированные законы о борьбе с коррупцией: Закон Украины от 5 октября 1995 года N 356/95-ВР 9 (в посл. ред.) «О борьбе с коррупцией» [26]; Закон Республики Беларусь от 20 июля 2006 года № 165-З «О борьбе с коррупцией»; Закон Азербайджанской Республики от 13 января 2004 года № 580-IIГ (в ред. Законов АР от 1 апреля, 1 сентября 2005 г. № 982-IIГД) «О борьбе с коррупцией»; Закон Грузии от 17 октября 1997 года № 982-Iс «О несовместимости интересов и коррупции на публичной службе»; Закон Республики Казахстан от 2 июля 1998 года N 267-1 (в посл. ред.) «О борьбе с коррупцией»; Закон Республики Молдова от 27 июня 1996 года № 900-XIII (в посл. ред.) «О борьбе с коррупцией и протекционизмом»; Закон Республики Таджикистан от 25 июля 2005 года № 100 «О борьбе с коррупцией» [27]; Закон Кыргызской Республики от 6 марта 2003 года N 51 "О борьбе с коррупцией" [28].

Положения названных законов государств-участников СНГ также могут быть использованы для совершенствования правового регулирования противодействия коррупции в российских условиях.

В-шестых, продолжается совершенствование правового регулирования государственной службы в органах национальной безопасности [29].

Рассматривая соответствующие законодательные акты государств-участ¬ников СНГ в данной области, можно сделать следующие выводы.

Во-первых, в органах национальной безопасности государств-участников СНГ военная служба как вид государственной службы предусматривается как основной вид государственной службы. При этом в зависимости от особенностей национальной системы законодательства военная служба называется или видом государственной службы (например, в России), или особым видом государственной службы (например, в Армении).

Во-вторых, как и в Российской Федерации, так и в государствах-участниках СНГ вопросы службы в органах национальной безопасности закрепляются законодательно, при этом общий режим военной службы распространяется и на органы национальной безопасности, а законы об органах национальной безопасности устанавливают отдельные особенности организации и прохождения службы кадровым составом, что, в целом, является оправданным и доказало свою эффективность. Однако проблемы правового характера могут возникать из-за нестыковки положений названных законов. Наиболее проблемными являются вопросы исполнения обязанностей военной службы, исполнения должностных обязанностей в разных органах, применения в отношении военнослужащих мер административного воздействия, и ряд других.

В-третьих, в перспективе в органах обеспечения национальной безопасности ряда государств-участников СНГ возможен отказ от военной службы и перевод их на гражданскую государственную службу, или введение нового вида государственной службы.

В-четвертых, законодательство России о воинской обязанности и военной службе, статусе военнослужащих является более детально разработанным, чем законодательство государств-участников СНГ, особенно в процессуальной части, что является дополнительной гарантией соблюдения служебных и личных прав военнослужащих.

В плане сравнения практический интерес представляет анализ не только законов государств-участников СНГ, но и законопроектов. Это позволит выявить тенденции в правовом регулировании отношений, изменение подходов законодателя к регулированию тех или иных вопросов, что позволит глубже изучить всю правовую реальность в области правового регулирования службы в органах национальной безопасности.

Возьмем, к примеру, проект Закона Украины «О Службе безопасности Украины» [30]. Данный законопроект сопровождается словами, что он подготовлен «с учетом европейских стандартов, в частности, рекомендаций Парламентской Ассамблеи Совета Европы». Поэтому рассмотрение его содержания важно как в плане выяснения европейских стандартов в области обеспечения национальной безопасности, так и в плане определения направлений совершенствования режима государственной службы в органах национальной безопасности.

Статья 31 законопроекта говорит, что «государственная служба в органах СБУ есть государственная служба особого характера, связанная с обеспечением государственной безопасности. Сотрудники СБУ являются государственными служащими, проходящими службу в СБУ по контракту». В законопроекте большое внимание уделяется вопросам правовой и социальной защиты сотрудников СБУ, предполагается зафиксировать положение, что сотрудники СБУ самостоятельно принимают решения в пределах своих полномочий, они не обязаны исполнять явно преступные распоряжения или приказы; конкретизировать основания применения к сотрудникам мер административного и уголовно-процессуального принуждения. Украинский законодатель стремится максимально полно обеспечить условия для эффективного исполнения сотрудниками своих служебных обязанностей.

Выявление основных тенденций и направлений совершенствования правового регулирования деятельности органов национальной безопасности государств-участников СНГ позволяет боле четко представить роль и место органов национальной безопасности в механизме современного государства, а также учитывать положительный зарубежный опыт в российской правотворческой деятельности.

[1] См.: Патрушев Н.П. Особенности современных вызовов и угроз национальной безопасности России // Журнал российского права. 2007. N 7.
 [2] См., например: Национальная безопасность и роль органов внутренних дел в ее обеспечении: Учебное пособие / А.С. Прудников, И.Н. Глебов, М.Д. Черненко, В.Н. Амельчакова, Д.О. Ежевский, М.П. Тетерин, А.С. Чупанов. М.: Московский университет МВД России, 2005. 68 с.
 [3] См.: Правовая основа обеспечения национальной безопасности Российской Федерации: [Монография / Ю.И. Авдеев, С.В. Аленкин, В.В. Алешин и др.]; Под ред. проф. А.В. Опалева. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2004. С. 19.
 [4] См.: Правовое обеспечение безопасности Российской Федерации: Научно-практическое пособие / Под ред. В.Г. Вишнякова. М.: Юрид. лит., 2005. 400 с.
 [5] См.: Особый путь спецслужб // Московские новости. 23-29 ноября 2007. № 46 (1413). С. 11.
 [6] См., например: Панченко М.. Колпакиди А. День чекиста. Через 10 лет силовики вернули прежние полномочия // Версия. 24-30 марта 2003 г. С. 15, и др.
 [7] См.: Собрание законодательства Российской Федерации (далее – СЗ РФ). 2003. № 12. Ст. 1101.
 [8] См.: Российская газета, N 50 от 12 марта 2004 г.
 [9] См.: СЗ РФ. 2004. N 21. Ст. 2023.
 [10] См.: Закон Украины от 15 декабря 2005 года № 3200- «О Службе внешней разведки Украины» // Ведомости Верховной Рады Украины. 2006. № 8. Ст. 94.
 [11] См.: Закон Украины от 23 февраля 2006 года № 3476- IV «О Государственной службе специальной связи и защиты информации Украины» // Ведомости Верховной Рады Украины. 2006. № 30. Ст. 258.
 [12] Так, например, подготовка проекта Указа Президента РФ от 9 марта 2004 г. N 314 "О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» осуществлялась узким кругом специалистов, в связи с чем его принятие в качестве одного важнейших нормативных правовых актов в рамках проводимой административной реформы было встречено весьма неоднозначно. Прим автора.
 [13] См.: Федеральный закон от 3 апреля 1995 г. N 40-ФЗ "О федеральной службе безопасности" // Собрание законодательства Российской Федерации (далее - СЗ РФ). 1995. № 15. Ст. 1269.
 [14] См.: Текст закона предоставлен ИПС «СоюзПравоИнформ»
 [15] См.: Закон Украины от 22 марта 2001 года № 2331-111 "О разведывательных органах Украины" // Ведомости Верховной Рады Украины. 2001. № 19. Ст. 94.
 [16] Подробнее см.: Редкоус В. М. К вопросу о понятии государственной тайны по законодательству государств-участников СНГ // Право и государство: теория и практика. 2007. № 11 (35). С. 95-99; Редкоус В. М. Опыт законодательного регулирования контрразведывательной деятельности в государствах-участниках СНГ // Право и государство: теория и практика. 2007. № 12 (36). С. 63-68; Правовое регулирование разведывательной деятельности по законодательству России и государств-участников // Право и государство: теория и практика. 2008. № 1 (37). С. 64-70, и др.
 [17] См.: СЗ РФ. 2006. N 11. Ст. 1146.
 [18] Тексты законов предоставлены ИПС «СоюзПравоИнформ».
 [19] См.. например: Аленкин С.В., Васильев С.В., Зубков А.Ю. Белая книга о борьбе с коррупцией / Под общ. ред. В.Б. Исакова. М.: ООО «ТПП-ИНФОРМ», 2007. 534 с.; Коррупция: политические, экономические, организационные и правовые проблемы. Сборник материалов Международной научно-практической конференции (г. Москва, 9-10 сентября 1999 г.) / Под ред. В.В. Лунева. М.: Юристъ, 2001. 429 с., и др.
 [20] См.: Указ Президента Украïни вiд 11 вересня 2006 року N 742/2006 «Про Концепцію подолання корупції в Україні "На шляху до доброчесності"» // Урядовий кур'єр вiд 20.09.2006. № 175 (на укр. языке).
 [21] См.: Закон Украины от 5 октября 1995 года № 356/95-ВР "О борьбе с коррупцией" // Ведомости Верховного Совета Украины. 1995. № 34. Ст. 266
 [22] См.: Закон Украïни вiд 23 лютого 2006 року N 3490-IV «Про внесення змін до Закону України "Про боротьбу з корупцією" щодо суб'єктів корупційних діянь та інших правопорушень // Відомості Верховної Ради України (ВВР), 2006, N 32, ст.272
 [23] Под иным отстранением от исполнения функций государства понимается досрочное прекращение депутатских полномочий или увольнение с выборной должности, а равно увольнение с военной службы военного должностного лица (кроме военнослужащих срочной службы).
 [24] См.: Постанова Верховноï Ради Украïни вiд 12 грудня 2006 року № 439-V «Про прийняття за основу проекту Закону України про відповідальність юридичних осіб за вчинення корупційних правопорушень» (на укр. языке).
 [25] См.: Постанова Верховноï Ради Украïни вiд 12 грудня 2006 року № 438-V «Про прийняття за основу проекту Закону України про засади запобігання та протидії корупції» (на укр. языке).
 [26] См.: Ведомости Верховной Рады Украины. 1995. № 34. Ст. 266.
 [27] Документы представлены ИПС «СоюзПравоИнформ».
 [28] См.: Ведомости Жогорку Кенеша Кыргызской Республики, N 5, 2003 г., Ст. 217. Документ представлен ИПС «Токтом».
 [29] Подробнее см., например: Редкоус В. М. Особенности правового регулирования прохождения военной службы в органах национальной безопасности Республики Казахстан, Республики Беларусь и Республики Армении // Право в Вооруженных Силах. Военно-правовое обозрение. 2007. № 10. С. 65-68. и др.
 [30] См.: http://www.sbu.gov.ua/sbu/control/uk/publish/article?art_id= 48148. Материал на сайте представлен на украинском языке.