Перед нами огромные задачи, в том числе в преобразовании финансов. Нам нужно создать фонды «длинных» денег. Приличных фондов «длинных» денег в России практически нет. Нужны паевые фонды, которые находятся тоже не в очень хорошем состоянии. Нам нужно резко изменить структуру пассивов банков, увеличивая в них долю «длинных» денег. У нас самая низкая в мире доля инвестиционных кредитов среди всех кредитов. Нужно новое банковское законодательство с этой точки зрения. Без банков никакой модернизации мы не проведем.

22 апреля на импровизированной площади у северной стены Храма Христа Спасителя прошло молитвенное стояние православных христиан. Эта молитва за «историческую Русь», народ и будущее России, по словам патриарха Кирилла, стала ответом на организованные и спланированные действия агрессивных ультра-либералов (а по существу, мракобесов и бездарей) против русского Православия и русской Церкви.

Поединок у Владимира Соловьева между Никитой Михалковым и Виктором Ерофеевым показал всю ничтожность и смехотворность либеральных стенаний по поводу церкви. Оказывается (по Ерофееву) одним из важнейших претензий либералов к церкви является то, что она-де регламентирует какие колготки носить, в полосочку или в сеточку, а еще какие часы носит патриарх. Кстати, сама претензия по поводу часов непонятна. Во-первых, почему это патриарх должен носить плохие часы, а, во-вторых, что, завидно? Но Ерофеев так часто повторял по поводу колготок, что, думаю, нужно успокоить этого деятеля: носите любые колготки, какие хотите, хоть в сеточку, хоть в цветочек.

Текущая неделя – пасхальная. Для большинства наших граждан, отождествляющих себя с православием, таким образом, наступили самые светлые и радостные дни в году. Однако в последнее время русская Церковь вновь начала подвергаться агрессивным нападкам сил, для которых она является главным врагом. Вспоминаются слова нашего заклятого «друга» Бжезинского, который говорил о том, что нет для Америки большего врага, чем русское православие. Ни много ни мало. Патриарх Московский и всея Руси Кирилл считает, что информационная атака на Русскую православную церковь началась из-за того, что Церковь стала «неудобной» для части общества, и убежден, что именно поэтому частным вопросам, связанным с его личной жизнью, придается сегодня «общенациональное звучание».